У России была одна задача с ЧМ-2018. И она с ней справилась - Фейгин

У России была одна задача с ЧМ-2018. И она с ней справилась - Фейгин

На прошлой неделе омбудсмена Людмилу Денисову не допустили к украинскому политзаключенному Роману Сущенко, который в настоящее время содержится в московском СИЗО "Лефортово".

Она также не смогла посетить и других украинцев – Олега Сенцова и Николая Карпюка.

Утром 25 июня российский адвокат Марк Фейгин написал в своем Facebook: "Сегодня иду на свидание к Роману Сущенко. Поговорим с ним о голодовке Олега Сенцова и недопуске украинского омбудсмена Денисовой к политзаключённым".

OBOZREVATEL поговорил с адвокатом спустя несколько минут после того, как он вышел от Сущенко.

У РФ была одна задача с ЧМ-2018 - Фейгин
Видео дня

- Какие новости?

- Во-первых, Роман передает слова поддержки Олегу Сенцову и просит его все-таки поберечь себя и прекратить голодовку. Голодовка – не выход с точки зрения нанесения громадного ущерба здоровью, а может быть и жизни.

То, что он уже сделал, достаточно для того чтобы тема политзаключенных больше не была забыта, чтобы ей отдали должное политики и все, от кого зависит их судьба.

Во-вторых, он возмущен тем, что к нему не пустили омбудсмена Людмилу Денисову. Это вызывает его неподдельное удивление, потому что в канун прихода Денисовой у него побывали члены ОНК (Общественной наблюдательной комиссии. – Ред.) - люди, которые просто приукрашивают фасад власти в этом органе.

Они интересовались его здоровьем, но это суррогат, это не заменяет визита Людмилы Денисовой.

И Роман очень просит приложить все возможные усилия, чтобы она к нему все-таки попала.

- А чем она, по большому счету, может помочь?

- Прежде всего, нам важно, чтобы Людмила Денисова участвовала в давлении в обеспечении переговоров по обмену. Надо честно сказать: ее предшественница, мягко говоря, не так уж сильно помогала в этом вопросе.

А Денисова как новое лицо действительно показала себя человеком на своем месте.

У Романа есть и другие вопросы, начиная от украинской прессы, которую он не получает, и заканчивая письмами, корреспонденцией, которая очень плохо ходит и к нему, и от него. Это застарелая проблема.

Да, у него нет претензий по условиям содержания, по поводу того, что на него оказывается существенное давление. И это хорошо. Но у него есть другие, бытовые, вопросы, которые он хотел бы обсудить с омбудсменом.

Плюс, давайте прямо говорить, Роман видит очень мало людей. Он видит меня, украинских консулов и иногда – семью. Для него любое общение, да еще и с таким высокопоставленным лицом, очень важно. Ему также хочется обменяться с ней идеями насчет возможного оказания давления на вопрос обмена, на стимулирование этого процесса и так далее.

- Вы считаете, что омбудсмен имеет возможность давить, например, на Путина?

- Ну, не на Путина. Нет, но в целом на этот вопрос, на артикуляцию его на международном уровне, на уровне правительств, правительственных организаций, да и для самой Украины это тоже важно.

Я скажу честно: общественное мнение по-разному относится к разным политзаключенным. Есть "проблема Савченко" - давайте назовем ее так. Доверие к вопросу освобождения украинских политзаключенных понижено. И я это чувствую, я это знаю.

Савченко очень нам повредила в том вопросе.

И чтобы восстановить это доверие, приходится прилагать очень много усилий. И Денисова здесь – очень важный инструмент для восстановления доверия общественного мнения. К тем, что защищает украинцев в России, к самим украинским политзаключенным и так далее.

- Какова роль омбудсмена в плане обмена?

- Разумеется, вопрос обмена находится в более высокой сфере – может быть, на уровне первых лиц. Но нам надо добиться хотя бы, чтобы Денисова имела свободный доступ к политзаключенным.

Она опять пробивает это чертово разрешение в Мосгорсуде, и ей опять его не дают. А чего они ей его не дают?

- Как вы оцениваете перспективу помилования?

- Никто никого миловать не будет, пока не договорятся об обмене. Помилование – это форма, а обмен – это содержание. В одностороннем порядке никто никого не помилует.

Это невозможно. Степень отношений между Россией и Украиной такова, что даже Сенцова помилуют только в том случае, если одновременно будет аналогичная процессуальная процедура по кому-то из русских в Украине, тому же Вышинскому.

Помимо помилования, можно отправить для отбывания наказания украинцев – из России в Украину, а россиян, соответственно, из Украины в Россию.

Это форма.

- По вашему мнению, существует ли возможность того, что украинцам будет разрешено отбывание наказания на родине?

- Пока я не вижу для этого предпосылок, но это ничего не меняет с точки зрения формы. Потому что помилование – более простая форма. А Конвенция требует одновременного согласования судебных решений в Украине и в России, затем министерства юстиции должны согласовать процедуры между собой.

- Но теоретически это возможно?

- Да, теоретически это возможно.

- По вашим оценкам, в какой перспективе могут быть освобождены Роман Сущенко и Олег Сенцов?

- Гадать об этом бессмысленно, но это точно не произойдет в период проведения чемпионата мира по футболу. В Москве масса приезжих футбольных болельщиков, молодежи.

Вообще, Москва разрешила делать, что хочешь на том чемпионате. Это свидетельствует о том, что им надо показать картинку, что нет никакого бойкота, нет никакой изоляции, что все веселятся, танцуют, прыгают, что нет никакой диктатуры и вообще мы – европейская страна.

Как это ни печально, я думаю, Москва с этой задачей справилась. В это вложены гигантские средства, в это вложена гигантская энергия и усилия. Они это сделали.

И зачем эту картинку им портить освобождением политзаключенных, которые поедут в Киев, поедут по миру и будут рассказывать, как все на самом деле.

Москве важнее казаться, чем быть. И чемпионат отвечает этим задачам. Мы кажемся европейской страной, и это хорошо. А на самом деле здесь своеобразная диктатура.