Радость и злость: российский журналист раскрыл два нюанса "воскрешения" Бабченко

13,8 т.
Радость и злость: российский журналист раскрыл два нюанса 'воскрешения' Бабченко

Российский журналист Илья Мильштейн рассказал о двойственном чувстве после "воскрешения" журналиста Аркадия Бабченко.

Он намекнул на то, что к спецоперации СБУ остаются вопросы, передает "Радио Свобода".

"Оказывается, можно одновременно испытывать два абсолютно противоположных чувства: бесконечной радости и туповатой злости. Счастья от того, что человек, которого ты вчера оплакивал всамделишными слезами, жив. А злости по той уважительной причине, что чувствуешь себя совершеннейшим идиотом. Вот из-за этих слез, из-за слов, которые писал, извините, кровью сердца, и тот факт, что помимо тебя украинские силовики вместе с популярным блогером одурачили тысячи и тысячи людей, не слишком утешает", - написал он.

Видео дня

"Бабченко провожали в последний путь, у Бабченко просили прощения, Бабченко прощали, Бабченко вспоминали – это друзья и сочувствующие. По поводу его смерти недоумевали, типа да кому он нужен, да его все давно забыли – это равнодушные, с тенденцией к патриотизму. Над смертью его глумились – это, понятное дело, "настоящие патриоты", - добавил Мильштейн.

По его словам, в такие часы и минуты очень интересно постигать себя, а также своих знакомых, с которыми общаешься при помощи различных средств связи.

"Сперва горевать вместе с ними и договариваться о встрече, дабы помянуть Аркадия. Потом сообщать им по телефону только что полученную информации: он жив, это была специальная операция СБУ, прибавляя к этим словам некоторые другие, прямо оттуда, из заповедного списка Роскомнадзора, и слыша в ответ слова похожие, среди которых самым мягким является "сволочь". После переводить дух и смеяться. А еще ко всему этому примешивается внезапное чувство неловкости – не за себя, не за друзей и даже не за Аркадия, а за ситуацию в целом", - отметил журналист.

Он также указал на то, что расходятся в показаниях Бабченко и Грицак, повествуя о гонораре, обещанном киллеру: один говорит про сорок тысяч долларов, другой про тридцать.

"Это ведь разные цифры. Очень странный эпизод в деле – паспортная фотография Аркадия, которая, по его словам, могла быть получена только в российском паспортном столе и, видимо, должна была навести киллера на его жертву. Неясно, зачем она была нужна, когда имеется столько великолепных фотографий Бабченко в сети. Пронзительно узнаваемых и очень уместных в те часы, когда мы с ним прощались", - добавил Мильштейн.

"Целей своих, разыгрывая сюжет с ликвидацией героя и его чудесным спасением, украинцы пока не достигли. Поскольку их подвели средства, среди которых преобладало стремление к небывалым внешним эффектам. Складывается также впечатление, что они слишком всерьез восприняли умные речи о наступлении эпохи постправды и решили ей соответствовать", - отметил он.

Как сообщал OBOZREVATEL, в первую очередь Бабченко попросил прощения у супруги.