Юрий Луценко: прошлое и настоящее

Юрий Луценко: прошлое и настоящее

Если бы Егорий Чесночков был поэт, он бы использовал к этому материалу эпиграф. А-ля Александр Сергеевич Пушкин. Что-то вроде «и жить торопиться и чувствовать спешит». Но чтобы было ближе к Юрию Витальевичу Луценко – без пяти минут новому «политвязню» – обратиться нужно к украинской классике. Что бы сразу, так сказать, войти в соответствующий дискурс и контекст.

Так вот. Есть у Ивана Петровича Котляревского незабвенные строки:

Еней же на ввесь рот кричав:

“Хто в бога вірує — рятуйте!

Рубай, туши, гаси, лий, куйте!

І хто ж таку нам кучму дав?”

Еней од страху з плигу збився,

В умі сердега помішавсь

І зараз сам не свій зробився.

Скакав, вертівся і качавсь…

Смекаете, к чему я веду? Заголовок «І хто ж таку нам Кучму дав?» был весьма популярен лет эдак одиннадцать назад. В разгар акции «Украина без Кучмы». Какие только издания эти строки не «юзали». Тогда Егорий был уже матерым журналистом, а Юрий Витальевич – начинающим «полевым командиром». Или, как говорили, «співкоординатором акції».

Видео дня

«Спивкоордынаторив» было двое: внепартийный (если память не изменяет) Владимир Чемерис и весьма резвый, остроумный и дерзкий (до поры – до времени) молодой социалист Юра Луценко. Он тогда только делал первые шаги в политике. Может, быть, помните, как весело шутил Юра о Кучме? Пассажи о «рудом таргане» так и сыпались из его уст. Сыпались-сыпались, пока не набили оскомину. И пока Юра немного не притих.

А поостыл будущий министр в связи с вот чем. Акция «УБК» захлебнулась 9 марта 2001 года. Манифестанты двинулись было на Банковую, да не тут-то было. Попытку штурма «Беркут» отбил, но это было только начало истории. Потом многих, очень многих схватила милиция и всласть оторвалась на задержанных.

Наши-то правоохранители, как вы понимаете, никогда особо не цацкались со своими «подопечными», а тут, видимо, сверху пришла специальная отмашка: «можно бить». Ну они и били. Так, чтоб навсегда память осталась. Так, что вызванные к задержанным через энное количество времени эскулапы поскользнулись на мокром от крови полу.

Большую часть избитых, правда, отпустили домой зализывать раны. Но двадцать из них сели на скамью подсудимых. А потом отбыли на зоны. Вот только почему-то без Юры. Представляете себе? Эти «фашисты», как назвал когда-то манифестантов Кучма, отбывали наказание без своего «полевого командира».

А все потому, что Юра Луценко «в умі сердега помішавсь» – «скакав, вертівся і качавсь» – взял да и выложил следователям всю правду-матку.

То есть как дело-то было? 9 марта СБУ снимала на видео всех скакавших на кучмову резиденцию. А потом в течение нескольких недель устанавливала личности. И вот таких, как Юра (то есть уже известных антикучмистов), заставили прийти и смотреть эти пленки. Без показаний нашего героя (и ему подобных) и не было бы громкого дела «9 марта».

А потом для «побратымив» настало время СИЗО СБУ. Девять месяцев некоторые из фигурантов дела сидели в одиночных камерах, а затем их еще примерно на такое же время перевели в Лукьяновское СИЗО. (Потом был суд и приговор, но это уже совсем другая история).

Уже став министром МВД, Юра откомментирует «дело 9 марта». И, представьте, он заявит, что о том, что дело это политическое, мы, мол, «знаем теоретически». А как оно было на практике – сам черт не разберет.

Все это скажет человек, который громче всех кричал «Кучму – геть!», въехал на этих криках сначала в парламент, а потом и в правительство, и пока подсудимые по делу, «КОТОРОЕ НАЗЫВАЮТ ПОЛИТИЧЕСКИМ» (цитата!) пребывали в местах не столь отдаленных, делал свою политическую карьеру.

Не верите? Поищите Юрины слова в сообщениях агентства УНИАН примерно за 21 февраля 2006 года…

А теперь ближе к нашим дням. Как ни верти, а процесс над Юрием Луценко не аккумулировал слишком пристальное внимание «общественности». Даже если эта общественность, как бабушки-старушки под судом у Юлии Тимошенко, была определенным образом «мотивирована».

Не потратились коллеги по оппозиции на массовку для Юры. Юлия Владимировна, правда, к своему министру хаживала. Но с ее посадкой движение вокруг Луценко практически прекратилось. Эксперты, чьим мнением интересовался «Обозреватель», сказали, что дело – понятное: Тимошенко перетянула одеяло на себя. Все таки она – проблема номер один, а все остальные «узники совести» в лучшем случае дышат ей в затылок.

С одной стороны, Юру нужно жалеть. Почему? Да потому, что он, объективно говоря, как-то неправильно сидит. Точнее, не за то, за что посадить бы следовало. Ну не тянет празднование Дня милиции – даже самое что ни есть гламурное и пышное – на процесс века. Хромает наше правосудие на обе ноги и на все три извилины.

Все это так, но… Как сказала Татьяна Монтян, адвокат фигурантов дела «9 марта», «а кто к нему придет, кто он такой? Каждый человек стоит ровно столько, сколько к нему придет на суд, в тюрьму или сколько людей сдадут для него кровь.Юра остался плохим человеком, никому не нужным. Значит, так жил и вот так за него и заступаются. Из плохих его поступков можно хотя бы вспомнить то, что он в 2001 году сдал следствию людей по делу «Украина без Кучмы». Это ведь тоже было проявление его сущности. И всегда Юра был недостойным человеком. Он, например, когда пришел во власть, поменял все номера телефонов. Это первое, что он сделал, чтобы бывшие друзья и знакомые не смогли пробиться к нему и не могли смутить его своими звонками. Он такой по жизни. А вот как он относился к людям раньше, так и люди к нему относятся сейчас. Вот поэтому его и защищают так мало людей».

Даже если не вдаваться во все прочие подробности Юриных премьерских похождений, во все тонкости его человеческой натуры, достаточно и этого одного – давнишнего мартовского – эпизода.

Так что выходит, что суд-то есть. Не тот, который Печерский, а тот, что выше Печерского. Пардон за пафос, конечно, но, как говорил Глеб Жеглов, «наказаний без вины не бывает». Только в украинских реалиях эти две категории не вполне стыкуются, но это уже – мелочи жизни…