Дело Трубицына: как прошло заседание суда по коррупции вокруг МАФов

6 минут
97,3 т.
Дело Трубицына: как прошло заседание суда по коррупции вокруг МАФов

Ход судебного заседания по определению меры пресечения для депутата Киевсовета Владислава Трубицына продемонстрировал, что в коррупционном деле по киевским МАФам не все так однозначно.

Видео дня

Суд, который определил меру пресечения для Трубицына в виде содержания под стражей с правом внести залог в размере 14,88 млн. грн., продолжался более 4 часов. За это время обвинение имело возможность предоставить доказательства, что их обвинение обосновано.

Итак, прокуратура вручила подозрения, помимо Трубицына там еще пять человек: директор КП "Городской магазин" Аман Моламов, заместитель директора того же КП Алексей Непряхин, директор КП "Киевское наследие" Дмитрий Ковальчук, Илья Лиф, и Артему Белинскому – помощнику Трубицына.

По версии обвинения, фигуранты уголовного производства требовали и получили от предпринимателя Андрея Максименко за предоставление ему права размещения объектов сезонной торговли, так называемых "купав" неправомерную выгоду общей суммой 1,39 млн. грн. Которую подозреваемые по версии обвинения должны были поделить между собой и которую, получили двумя траншами. Сначала, в декабре 2021 года Максименко якобы передал Ковальчуку первый транш в размере 130 тыс. грн., а 9 февраля состоялась передача второго транша в 1,26 млн., после чего и произошло задержание.

Проблемы у обвинения начались уже на этой стадии предоставления доказательств. Прокурор вынужден был констатировать судье, что сами денежные средства первого транша "не были найдены". Также не были найдены следствием некие "таблицы", в которых фигуранты производства расписывали суммы неправомерной выгоды за размещение "купав".

Дальше, когда прокурор перешел к зачитыванию доказательств по суди дела выяснилось, что линия обвинения по этому делу выстроена на показаниях одного свидетеля, уже упомянутого Андрея Максименко, и на материалах негласных следственных действий, добытых им же. Максименко почти год обрабатывал Трубицына и других фигурантов дела. Он искал с ними встреч, обговаривал детали правил размещения в Киеве точек сезонной торговли, постоянно намекая на возможность получения неправомерной выгоды. Все свои разговоры Максименко фиксировал и именно его показания, и его записи и являются главными доказательствами в деле.

Однако сама личность Максименко поставила сами доказательства под сомнение. Защитники Трубицына в суде продемонтрировали, что главный свидетель обвинения, во-первых, сам является коррупционером, а во-вторых, является зависимым от НАБУ лицом, как так ожидает решение суда по получению взятки, ему грозит до 12 лет лишения свободы.

Дело Трубицына: как прошло заседание суда по коррупции вокруг МАФов

Защита приобщила к материалам дела данные о том, что в 2019 году Максименко занимал должность главы Службы автомобильных дорог и был пойман НАБУ с поличным при получении взятки в размере 90 тыс. долларов. Эта сумма лишь была частью, неправомерной выгоды в 2,5 млн. грн., которую требовал Максименко от дорожной фирмы "Полтавабудцентр". Максименко был арестован и выпущен под залог, а следствие по его делу завершилось и в феврале 2020 года обвинительное заключение, по которому уже уволенному на тот момент Максименко, светит до 12 лет лишения свободы, было передано в суд. Однако в суде дело застопорилось, и теперь в качестве "предпринимателя" Максименко выступает ключевым свидетелем по другому коррупционному делу, сам находясь под страхом жесткого наказания.

Когда судья попросила прокурора прокомментировать эти материалы, и подтвердить, что задержанный на взятке Максименко и их свидетель Максименко – это один человек, тот был вынужден признать: "Не буду отрицать, идентификацию сторона защиты провела верно, это одно и то же лицо".

На вопрос судьи, не является ли ключевой свидетель Максименко "зависимым от НАБУ лицом", прокурор опять на некоторое время потерял дар речи, но после попытался крайне неубедительно выкрутиться, но по факту признал очевидное: "…зависимый? Ваша честь, ну… зависимость каждый сам для себя определяет сам. Возможно, если лицо причастно к уголовному производству в качестве подозреваемого, то оно считает себя зависимым".

Также прокурор зачитал в суде, ключевые, по мнению обвинения моменты из протоколов записей разговоров Максименко с фигурантами дела, которые должны доказывать виновность подозреваемых. Однако и эти, фрагменты прозвучали далеко не убедительно.

Важно отметить, что Трубицын с самого начала заседания придерживался последовательной позиции. По его словам, никакой неправомерной выгоды он не получал и получать не мог, и во всех разговорах с Максименко на все намеки того о возможности получения взятки отвечал, что будет действовать исключительно по закону. Зачитывание материалов следствия, которые только недавно были рассекречены, и которые Трубицын и его защитники услышали в суде в первый раз, так и не смогло эту позицию изменить.

Дело в том, что большинство фраз, которые можно трактовать как такие, в которых речь идет о возможности неправомерной выгоды, произнесены на записях именно Максименко, а не Трубицыным. При этом, зафиксировано несколько разговоров, при которых четко можно расслышать, что человек, которого обвинение идентифицировало как Трубицына явственно говорит, что может действовать только официально и только по закону, либо утверждает, что вообще не имеет полномочий решать те или иные, поднятые Максименко вопросы.

Так, в одном из протоколов, где Максименко намекает на возможность незаконно разместить МАФы, четко слышно ответ Трубицына, который объясняет, что устанавливать там что-либо нельзя: "Официально там делать нельзя, там рекреационная зона… Это незаконно, все незаконно". "Было такое. Он спрашивал меня, как установить какую-то площадку на берегу. Я сказал, что это незаконно и невозможно", - прокомментировал эту запись Трубицын уже в суде.

Еще один зачитанный протокол содержит разговор, в котором некое лицо пытается склонить Трубицына решить какой-то вопрос по бизнесу, где опять-таки есть ответ якобы депутата: "Нет, я ничего не решаю".

В целом же, зачитанные обвинением записи разговоров в большинстве своем можно трактовать совершенно по-разному, в зависимости от мотивации слушающего. Иногда в разговорах называются некие суммы платежей, которые трактуются обвинением как неофициальные, однако на записях якобы Трубицын прямо заявляет: "Это все официальная оплата".

На все эти возможности разной трактовки обратил внимание судьи и Трубицын, и его адвокаты. По их словам, большая часть доказательств "это домыслы стороны обвинения", ведь нигде прямо не идет речь о неправомерной выгоде.

В конце судебного заседания сам Трубицын заявил, что категорически отрицает свою вину, что всегда действовал исключительно по закону и уверен в том, что сможет доказать свою невиновность. А дело против него считает, политически мотивированным.

По словам Трубицына, Максименко появился в его жизни "ниоткуда" и сознательно долгое время провоцировал его: "Этот Максименко был очень навязчив, он буквально преследовал меня. Он говорил: я хочу какой-то бизнес, где-то работать, что ты можешь мне предложить, чтобы я мог заработать какие-то деньги. Я говорю: вот есть купавы, приходи, выигрывай и работай себе честно. Но он тянул и тянул информацию: а сколько, а что… Чтобы я ему какую-то цифру наверняка назвал".

"Он прибегал ко мне, так просил, на коленях стоял. Я знал, что его НАБУ арестовало – я все знал. А он: у меня денег не копейки, умираю с голоду, помоги мне, хоть что-нибудь. И каждый день звонит по телефону, приходит, навязывается, навязывается… Я говорю: я не понимаю, о чем ты… Я говорю: ничего незаконного, а этот Максименко: да ведь надо незаконно. Они меня провоцировали, надеясь, что я где-то дам маху, где-то не пойму и скажу то, что им нужно. Вот в чем дело. Я считаю, что это политическое дело против меня лично и против моих коллег!" - рассказал Трубицын в суде.

"Это политическая расправа надо мной. Потому что у меня есть позиция. Не каждый депутат в Киевском городском совете имеет позицию. А ее имел, имею и буду иметь. И я докажу то, что я не виноват. Я докажу это обязательно. Я готов!" – подытожил Трубицын.

По итогу, судебное заседание показало, что в коррупционном деле НАБУ, все далеко не так однозначно, как пытается выдать антикоррупционный орган. Есть серьезные сомнения в законности процессуальных действий НАБУ. Есть обоснованное недоверие к беспристрастности показаний ключевого свидетеля, чью прямую зависимость от НАБУ признала в суде сторона обвинения. И есть позиция Трубицына, для опровержения которой у обвинения нет убедительных доказательств. Да и возможную политическую составляющую этого дела игнорировать нельзя.